Проект «Улица моей судьбы»: школа №7 имени Михаила Ревенко

/ Новости Волгодонска, Общество / 105 просмотров

Проект «Улица моей судьбы»: школа №7 имени Михаила Ревенко

Михаил Владимирович Ревенко родился 7 января 1956 года в Ростове-на-Дону. Окончил среднюю школу № 7 в Волгодонске и Ростовский институт сельскохозяйственного машиностроения. Работал старшим мастером прессового участка «Уралвагонзавода» в Нижнем Тагиле Свердловской области.

Военную службу начал в 1981 году на должности заместителя командира роты (Группа советских войск в Германии). В 1986 году переведен в Туркестанский ВО. С 1993 года в составе внутренних войск МВД России. Проходил службу на территории Северо-Кавказского военного округа, неоднократно выезжал в служебные командировки в зону осетино-ингушского конфликта, направлялся на выполнение боевых задач на территории Чеченской республики и Дагестана.

Полковник Ревенко погиб 15 марта 2000 года при штурме села Комсомольское Урус-Мартановского района Чеченской республики. Звание Героя России присвоено 8 августа 2000 года (посмертно). Награды: медали Суворова и «За боевые заслуги». Похоронен в Ростове-на-Дону.

Михаил Владимирович Ревенко – один из тех, кого не забывают. Мальчишкой вместе со всеми он рос, бегал по тропинкам школьного двора, взрослел, пока не выбрал опасную профессию – защищать мир, порядок и жизнь.

– «Миша хорошо учился, всем интересовался, – вспоминает бывший классный руководитель М. А. Осадкина в книге «Эхо Победной весны». – Внешность у него была обычная, а вот глаза – добрые, какие-то теплые. И был он необыкновенно добрым: с товарищем готов был поделиться последним. Отдал собственную новенькую куртку однокласснику, а на упрек матери ответил: «Мамочка, у него же папы нет: кто ему купит? А я и в старом прохожу».

Миша был удивительным мальчиком. Душа класса. Солнечный лучик, к которому все тянулись. Он никогда не командовал, но был командиром. Если Миша шел, за ним шли и другие. Его характеризовало умение ненавязчиво брать ответственность на себя.

Мальчик с детства любил военных, мечтал стать танкистом, поэтому постоянно рисовал танки, читал художественные книги, мемуары офицеров-танкистов. И очень любил слушать на классных часах рассказы о героях Великой Отечественной войны. Можно сказать, воспитывался на примерах жизни смелых и мужественных людей».

Надо обязательно добавить, что не только морально, но и физически готовил себя Михаил, был хорошим спортсменом. Даже со своей будущей женой Натальей познакомился благодаря волейболу.

Мама, Инна Александровна, часто задерживалась на ответственной работе, поэтому многие обязанности по дому распределяли глава семейства, Владимир Акимович, и Михаил. Сын старался быть таким же заботливым и внимательным, как отец. Не случайно сестра Елена как-то призналась, что Михаил для нее порой был и мать, и отец в одном лице.

Вначале в его жизни был размеренный ход – гражданский вуз, мирная гражданская специальность на вагоностроительном заводе Урала, где работал по распределению после института. Попал туда не по протекции, наоборот, наотрез отказался от помощи в подборе места работы. «Мама, тебя ведь из Ростова, из большого города направили в Волгодонск, и ты поехала, значит и я должен так поступить, буду работать там, куда направят». И один раз, все же, приняв для себя решение надеть погоны, он уже не сошел с выбранной стези.

Обычно к офицерам, которые стали в строй, не пройдя военного училища, отношение слегка насмешливо-скептическое, их зовут в армейской среде «пиджаками». Михаил Ревенко был противоположностью этому мнению. Военная косточка просматривается в нем отчетливо: в пронзительном цепком взгляде с фотографии, в выправке, в деталях военной биографии. Не каждому офицеру дано пройти до полковничьих звезд за неполные двадцать лет службы, без всякого покровительства сверху. Получив ранение в голову при подрыве на мине бронетранспортера в 1996-м, Михаил Ревенко все же остался в армии, хотя то ранение отразилось на здоровье.

…Воздух мартовских дней 2000 года в Чечне был насыщен не запахами весны и пробуждающейся после зимней спячки природы, а кровью, порохом и гарью. Антитеррористическая операция в горах достигла невиданных масштабов. Блокированные в Аргунском ущелье боевики не стали дожидаться своего истребления и пошли на прорыв. Свой последний бой приняла с отрядом Хаттаба шестая рота псковской дивизии ВДВ под командованием майора Молодова, перегородив выход из ущелья. Другая, не менее внушительная по численности группа боевиков под командованием полевого командира Гелаева, стала пробиваться в направлении села Комсомольское в Веденском районе. Смяв незначительные по численности кордоны мотострелков, сепаратисты вошли в Комсомольское. Однако предшествующие переходы и постоянные столкновения с подразделениями российской армии вымотали их так, что Гелаев совершил роковую ошибку – решил несколько суток передохнуть в родном селении.

Задача стояла – блокировать бандитов во чтобы то ни стало. К сожалению, не было полной информации о количестве «штыков» у противника, в итоге, по имеющимся заниженным данным был сформирован неверный план по вхождению в село и обезвреживанию боевиков. Так погибло полностью подразделение спецотряда МВД «Росич». Была подбита и сожжена почти вся бронетехника.

К 15 марта была взята часть селения, но противник начал концентрировать силы для прорыва, сопротивление вновь приняло организованный и ожесточенный характер. Доходило до того, что наши наступающие штурмовые группы отсекались, создавалась угроза их окружения и последующего уничтожения. В этот день в боевые порядки был направлен полковник Ревенко, который был заместителем командующего операцией. Когда темп наступления угас, полковник лично сел за рычаги танка и повел его на позиции боевиков. И за его, одной-единственной боевой машиной, пошла цепь омоновцев.

Конечно, в обязанности старшего офицера не входит управлять бронетанковой единицей. Наоборот, уместно говорить о простом человеческом стремлении сохранять свою жизнь – никто бы не осудил, останься Михаил Владимирович на командном пункте рядом с узлом связи. В Ростове только что полученная долгожданная квартира, любимая жена, которая переживает-ждет, двое сыновей, есть что терять. К тому же, 5 марта командировка Ревенко заканчивалась, и его должны были заменить, но замена так и не пришла. Вообще не каждый в таком положении пойдет на риск и будет подставляться пулям. Но Ревенко в той ситуации не мог действовать иначе. Он своим примером показал, что есть геройство и мужество.

Он вел танк в самое пекло боя по-походному, с открытым люком. За такие поступки уважают даже враги.

Хотя как профессионал военного дела, скорее всего, понимал, на что шел. Нельзя было не осознать, что все внимание боевиков будет сосредоточено на этой единственной машине, а сама грозная боевая техника в силу особенностей уличных боев, несмотря на свою броню, просто становится уязвимой и легкопоражаемой. Из любого пролома в стене дома мог прозвучать выстрел из гранатомета. Так оно и случилось.

После нескольких выстрелов из противотанкового оружия танк был подбит, Михаил Ревенко получил смертельное ранение. Он был еще жив, когда, рискуя жизнью, его спасали омоновцы. Полковник умер у них на руках…

Это была его тринадцатая по счету командировка в район боевых действий. Обещал жене, что это будет в последний раз. Вышло пророчески.

В школе № 7 есть школьный музей, который пополняется ежегодно новыми экспонатами. Здесь открыт специальный раздел, посвященный Герою России Михаилу Владимировичу Ревенко. Как святыни хранятся здесь документы, фотографии Михаила, обагренный его собственной кровью военный билет.

…В суете повседневной жизни не забудем преклонить голову у бюста героя, помолчать, помянуть добрым тихим словом. Под солнцем и в непогоду стоит этот бронзовый солдат, когда-то светлый и мужественный человек, прошедший через ад войны. И рядом — спасенное им будущее. Прежде чем стать скульптурной фигурой, он был живым. Солдатом. Сыном. Человеком, любящим жизнь.



Оставьте свой комментарий